По татарскому делу «Хизб ут-тахрир» дали от 14 до 22 лет строгого режима

14.03.2019 6:46 15

По татарскому делу «Хизб ут-тахрир» дали от 14 до 22 лет строгого режима

Коллегия Приволжского окружного военного суда (Самара) приговорила пятерых фигурантов очередного татарского дела "Хизб ут-тахрир" к срокам от 14 до 22 строгого режима. Об этом сообщает "Родительская солидарность".

Максимальный срок получил 42-летний строитель из Казани Руслан Сунгатов. В качестве дополнительного наказания ему назначено 2 года ограничения свободы по выходе из колонии.

33-летний Рустем Ямалиев осужден к 20 годам колонии с 1 годам 8 месяцами ограничения свободы, 35-летний казанский плотник Ильнар Зиннатов — к 19 годам колонии и полутора годам ограничения свободы. 39-летний Марат Туляков получил 18, а 34-летний Ирек Насиров — 14 лет строгого режима, оба без последующего ограничения свободы.

По информации правозащитного центра "Мемориал", Сунгатов и Ямалиев обвинялись по части 1 статьи 205.5 (организация деятельности террористической организации), части 1 статьи 205.1 (склонение к терроризму) и части 4 статьи 150 УК (вовлечение несовершеннолетнего в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления). Зиннатову, согласно данным правозащитников, были инкриминированы только первые две из этих норм, Тулякову — лишь часть 1 статьи 205.5, а Насирову — часть 2 этой же статьи (участие в деятельности террористической организации).

Между тем в карточке дела на сайте суда содержатся иные сведения. Данные об обвинении Зиннатову и Тулякову совпадают с информацией "Мемориала", тогда как относительно Насирова указано, что он обвинен по тем же нормам, что и Зиннатов. Что же касается Сунгатова и Ямалиева, то они в карточке дела вовсе не упомянуты.

Зиннатов и Туляков получили точно такие сроки, которых запрашивал в прениях прокурор. Для Сунгатова чиновник требовал 24 лет колонии, для Ямалиева — 21 года, а для Насирова — 15. Что же касается назначенного судом ограничения свободы, то оно полностью соответствует прокурорскому запросу.

Нынешний приговор — один из самых суровых из числа выносившихся в России по делам "Хизб ут-тахрир". Бóльшие сроки — до 24 лет строгого режима — назначались только один раз — в июле прошлого года по уфимскому "делу 21".

Задержания по делу прошли в первой половине 2017 года. Сунгатов, Ямалиев и Насиров были схвачены 14 марта и на другой день отправлены в СИЗО. Зиннатова и Тулякова задержали 6 июня.

Одновременно с Сунгатовым, Ямалиевым и Насировым были задержаны фигуранты другого татарского дела "Хизб ут-тахрир". По этому делу обвинены 10 человек, объявленные членами другой действовавшей в регионе ячейки международной исламской партии. Это Руслан Габидуллин, Азат Гатауллин, Сергей (Мухаммад) Держипильский, Ильнар Зялилов, Фарид Крыев, Камиль Матиев, Абдукахор Муминджанов, Зульфат Сабирзянов, Рустем Салахутдинов и Ильназ Сафиуллин. 26 февраля нынешнего года СКР предъявил им обвинение в окончательной редакции. Таким образом, через несколько месяцев дело этих политзеков также уйдет в суд.

По второму делу был привлечен также казанец Марсель Гималиев. При задержании 14 марта 2017 года он попытался скрыться, но сорвался с пятого этажа и попал в реанимацию с компрессионным переломом позвоночника и переломами рук. В отличие от других обвиненных по делу, этот фигурант был помещен не в СИЗО, а под домашний арест. В ноябре того же года стало известно, что Гималиев бежал. Его объявили в международный розыск и заочно арестовали.

Облавы по двум делам прошли как в Казани, так и в Бугульме, а также в Высокогорском, Зеленодольском, Нижнекамском и Нурлатском районах Татарии.

В мае 2017 года в интернете было опубликовано заявление Сунгатова. Политзек категорически отрицал вину, указывая, что всегда выступал против какого бы то ни было насилия. "Эпизодами обвинения, — написал Сунгатов, — являются наши хождения в гости друг к другу, которые преподносятся как тайные сборы, а также игры в футбол летом между собой по выходным".

В декабре того же года "Грани" поместили обращение Зиннатова к правозащитникам. Он также настаивал на своей невиновности. "Не нашли ни оружия, ни иного, что свидетельствовало бы тому, в чем меня обвинили, — причастность к терроризму, — рассказывал политзек об обыске у себя дома. — Вместо этого нашли и изъяли разную исламскую литературу, в том числе одну книгу, которая относится к политической партии "Хизб ут-тахрир аль-ислами", а также ноутбук, телефоны, флэш-карты".

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Риски для бизнеса: 78% российских компаний заявляют о росте давления со стороны налоговых органов Кирилл Рогов: «У нас как в Латинской Америке — экономика плохая, а запросы довольно высокие» Столичная полиция пресекла деятельность «подпольных банкиров» Песни льда и пламени: «Прорубь» и «Теснота» в программе 28-го «Кинотавра» Chronopay Врублевского запустит платежи в биткоинах и проведет ICO

Лента публикаций